У доброго короля великана Грангузье родился наследник, которого назвали Гаргантюа. Ребенок имел внушительные размеры. Чтобы поить его молоком, каждый день доили 17 913 коров, на прогулку его возили в колясочке, запряженной десятью быками, на подошвы для башмаков ребенка пошло 1100 шкур коров, а на камзол — 1800 локтей голубого бархата.
Гаргантюа отличался буйным нравом и славным аппетитом: «обед свой он начинал с нескольких дюжин окороков, копченых языков и колбасы, икры и других закусок, предшествовавших вину. В это время четверо слуг один за другим кидали ему в рот полными лопатами горчицу…»
Мальчика обучали наукам. Один из «учителей» Тюбаль Олоферн пять лет и три месяца учил его азбуке, чтобы он мог сказать ее наизусть не только в обычном, но и в обратном порядке. Другие наставники вдалбливали ему в голову латинские книги, в которых никакого смысла не было. На это ушло еще несколько десятков лет.
Старый король увидел, что от обжорства и «науки» сын его стал совсем бестолковым. Тогда он нанял нового учителя, Понократа. Шизнь Гаргантюа изменилась. За короткий срок он стал здоровым и умным юношей.
Понократ не заставлял своего ученика зубрить непонятные ему тексты. Вместе с юным великаном он наблюдал жизнь природы, движение светил, придумывал занятные игры, во время которых Гаргантюа усваивал самые сложные истины различных наук — геометрии, астрономии, ботаники. Он читал с ним увлекательные книги, пробуждавшие в Гаргантюа живой интерес к наукам и искусствам.
Так рос Гаргантюа, и когда он взошел на престол отца, то стал разумным, справедливым и добрым монархом.
Историей юного великана Гаргантюа начинается прославленная книга «Гаргантюа и Пантагрюэль», сочиненная в XVI в. Франсуа Рабле.
Рабле был истинным сыном своего времени, эпохи Возрождения. Подобно лучшим ее деятелям, он отличался поразительной разносторонностью. Рабле был и врачом, и юристом, и поэтом, и филологом, и философом, и педагогом, и естествоиспытателем. Он отличался блестящим остроумием, темпераментом бойца и вдумчивостью ученого.
Первую часть своей книги Рабле выпустил в 1532 г. Последняя, пятая, вышла только через одиннадцать лет после смерти писателя, в 1564 г. Каждое прижизненное издание сопровождалось горестями для автора. Больше всех бесновались отцы церкви, над которыми Рабле, сам некоторое время бывший монахом, издевался чуть ли не в каждой главе своего сочинения.
Первую книгу католические церковники запретили почти сразу же после ее появления.
Третью книгу в 1546 г. тоже подвергли немедленному запрету. Четвертую книгу в 1552 г. изъяли, запретив ее распространять «под страхом телесного наказания».
Монахи обливали Рабле грязью. Один из них, некий Пютербус, в 1549 г. писал: «Разве не абсолютно развращен этот Рабле, у которого нет ни страха божьего, ни уважения к людям, который попирает ногами все божественные установления и человеческие дела и издевается над ними?»
Церковь постоянно грозила Рабле арестом и костром. Вокруг него бушевала ненависть церковных и светских властей. Покровители писателя один за другим отворачивались от него, и даже многие друзья, напуганные опасностью, осторожно отходили в сторону. Но Рабле не унывал, оставался стойким, неустрашимым и выпускал, вопреки всему, свои книги о воинственных и мудрых великанах.
Чем же Рабле заслужил такую ненависть властей и церкви?
«Гаргантюа и Пантагрюэль» — книга-сказка. Ее герои — великаны, созданные воображением народа, — давно и хорошо знакомы во Франции и взрослым, и детям. Но в старинные народные легенды и сказки Рабле вложил новое, боевое содержание.
В своей книге Рабле повел наступление на широком фронте: он сражался против всех косных, омертвелых форм феодального общества, против мракобесия во всех его проявлениях, против деспотизма и оплота этого деспотизма — католической церкви.
Нельзя воспитывать людей, оглупляя их, вдалбливая в голову всякий вздор, как это делают монахи. Рабле учит своих читателей новым методам обучения и воспитания. Он создает образ чудесного педагога Понократа, который умеет пробуждать в ученике истинно человеческие свойства, все дремлющие в нем дарования.
Нельзя допускать, чтобы невежды и тупицы творили суд и расправу над людьми, руководствуясь одним корыстолюбием. Рабле издевается над мнимо учеными шарлатанами-законниками, которых он именует «старыми пустомелями», пишущими «стилем трубочистов, поваров и котелошников», он клеймит презрением судей-крючкотворов — хапуг и мошенников. Зло высмеивает также Рабле и обезумевшего короля-завоевателя Пикрохоля, осуждает несущие разорение народу бессмысленные феодальные войны.
В противовес церковному мракобесию гуманист Рабле создает свою знаменитую утопию— Телемскую обитель, построенную по приказанию доброго и веселого Гаргантюа. В Телемской обители всё не как в обычных монастырях. Здесь живут не калеки и убогие, а молодые, здоровые, красивые мужчины и женщины. Время они проводят не в молитвах и чтении богословских книг, а в труде, занятиях, разумных и интересных развлечениях.
«Делай что хочешь» — первое условие устава Телема — означало, что каждый должен выбирать себе дело по вкусу и трудиться для общего блага. И это не мешает всем жить в мире и согласии.
Но и сам Рабле понимал, что в современных ему условиях Телем — это только мечта, сказка, утопия. Об этом ясно говорит последняя часть книги, где сын Гаргантюа Пантагрюэль отправляется путешествовать и перед глазами читателя проходят мрачные картины феодального мира.
Вот корабль путешественников причаливает к острову Прокурации, где живут бесчеловечные прокуроры, сутяги-стряпчие, алчные судьи.
А вот другая страна — Папомания. Здесь живут изуверы-католики, поклоняющиеся римскому папе и уничтожающие всех инакомыслящих. Они разгромили остров Папефигов, жители которого осмелились показать фигу папскому портрету.
Вот остров Застенка, где живут хищные и злые Пушистые коты, грабители народа. (Это — сатирическое обобщение типов судейских чиновников.) Во главе их стоит эрцгерцог Пушистых котов — чудовище с окровавленными когтистыми лапами, вороньим клювом и кабаньими клыками. «Золота сюда!» — рычит он, и путешественники спасаются от него, лишь удовлетворив его алчность.
Всей своей книгой Франсуа Рабле призывает к тому, чтобы обломать эти страшные когти и вырвать кабаньи клыки, т. е. создать новое, справедливое общество.
Рабле оказал огромное влияние на всю мировую литературу и культуру. Сатира Рабле до сих пор жива, смех Рабле звучит и поныне.
Великаны Гаргантюа и Пантагрюэль стали спутниками человечества. Вот уже четыреста лет они помогают людям бороться за справедливость против ханжей, крючкотворов, всякого рода Папоманов и Пушистых котов.
Комментариев нет:
Отправить комментарий